Веле Штылвелд: Июльская пектораль
- Поэт во мне трансцендентален, журналист там же, насколько это возможно в моем случае, логически выверен. Я же за какую ниточку не потяну - текст. То, как фактаж, то, как символика, то, как аура событийная. Читать подобные интегральные тексты весьма непросто. Для них необходимо хотя бы некое особое настроение. Ну, да ладно... Созреет мой читатель, без задевания чувств прочих окрестных авторов... Мне друзья говорят, что присутствует еще нечто. И это нечто - территория Детства, состояние детства в давно уже состарившемся человеке. Я когда-то заметил, что старики древних этносов, словно однажды пересекают некую грань, за которой они вправе смотреть уже не только на себя либо своих близких - родственников, друзей, недругов, а и на всё окрестное человечество в целом особым нездешним взглядом.
Ваша фамилия? Здешний.
Ваша предтеча? Христос
странник земли бесконечной,
вечно взывающей: СОС!!
Храм в витражах посещали?
Там я в седьмом витраже,
в космос меня отсылали,
я выпадал в неглиже...
То ли с седьмого портала,
то ли с седых половиц,
вновь меня время швыряло
фейсом от жизнь ударяло,
и говорило: Держись!
Тем и скрипел в словоблудье,
тем и держался за выпь...
Странные все-таки люди:
верят, что вынесет глыбь...
И на поверхности Рока,
и на поверку судьбы
вновь мы отыщем пророка
будущей светлой Любви...
Ваша фамилия? Кто_я
Ваша предчета: АТО
Снайперы метят героя,
воры воруют пальто...
Им макинтош деревянный
вовсе отнюдь не сквозит -
их закатают в бурьяны:
время их вышло в гамбит...
* *
*
Я хочу
писать поэмы, я хочу пытать судьбу,
я хочу
дожить до сцены, и увидеть там мечту.
Мне бы перевоплотится
в то, что мне должно открыться...
* *
*
Мы в миру враждований,
в украинском аду.
Ад сей создали сами, сладким снам на беду!
Ад сей создали сами, сладким снам на беду!
* * *
Я в миру враждований между теми в и всеми -
ненавижу стенаний о заслугах Бендеры!
Мой народ под конвоем увели в Бабий яр!
Здесь не будет прощенья, здесь военный угар!
ненавижу стенаний о заслугах Бендеры!
Мой народ под конвоем увели в Бабий яр!
Здесь не будет прощенья, здесь военный угар!
Этночистки сегодня Киев рвут мой на клочья.
Я поэт и имею свои полномочья!
Украина, держава, разберись с нищетой,
будет сытость, по праву станет Киев стеной!
Я поэт и имею свои полномочья!
Украина, держава, разберись с нищетой,
будет сытость, по праву станет Киев стеной!
А иначе с отребьем к нам пришедших воров
разберется кроваво мир опущенный мой!
Да, гражданские распри, да, война на пороге,
ну, а разве в том счастье, чтобы век жить убогим?!
разберется кроваво мир опущенный мой!
Да, гражданские распри, да, война на пороге,
ну, а разве в том счастье, чтобы век жить убогим?!
* * *
Очень
трудно оставаться Человеком
в эту
пору, в это время, в эти годы,
когда
прожита уже, поди, не веха, -
в общем,
жизнь без воспаренья и свободы.
А к тому
же вновь неиствуют бывало
Те, кто
прежде убивал, казнил и мучил.
Им
Господь не дал на это в жизни право,
но они
опять во власти жгут гремуче...
Черносотенно,
отъявленно, отвратно,
унизительно,
ущербно, обозримо...
Говорят,
что и на солнце вечны пятна -
так и в
жизни... злость от дней не отторжима.
В этих
днях давно прощупал каждый тризну -
для себя
и для врагов своих искомых.
Вот уж
Бог мне выдал странную Отчизну -
в ней
ликуют черносотенцы, как дома.
Но и всё
таки... Страна одна и точка.
Хоть
резня в ней за резней идет бывало...
Ну, а
вдруг Господь на том поставит точку,
хоть
надежд на то, увы, ничтожно мало.
* * *
Бриты брили Европу битами евродебилов,
русские йетти парили под облаками…
Бриты империю снова свою возродили -
им не в первой куковать на земле с дураками...
русские йетти парили под облаками…
Бриты империю снова свою возродили -
им не в первой куковать на земле с дураками...
Встанут заморские страны под флаг Королевы
и Средиземье подвинется к черту в подмышки…
Выдут британцы, чтоб выбрить с Европы холеру
и надавать зачухранцам московским коврижки…
и Средиземье подвинется к черту в подмышки…
Выдут британцы, чтоб выбрить с Европы холеру
и надавать зачухранцам московским коврижки…
И за убитого прежде, не нового в мире
плачет волынка надрывно на древнем клавире.
Завтра для «узких» построят широкие клетки.
драться умеете - марш в гладиаторы, детки...
плачет волынка надрывно на древнем клавире.
Завтра для «узких» построят широкие клетки.
драться умеете - марш в гладиаторы, детки...
И загрызайтесь с друг дружкой навечно строями
жить вам, в приблудах дворняжьих, нездешних - родами...
В каждом роду племенной будет есть самых сильных,
прочих в рабы на галеры - как касту повинных.
жить вам, в приблудах дворняжьих, нездешних - родами...
В каждом роду племенной будет есть самых сильных,
прочих в рабы на галеры - как касту повинных.
Нет среди вас уважаемой в мире предтечи,
вы одичали - и несть в вас души человечьей...
вы одичали - и несть в вас души человечьей...
* * *
Из-за выгнивших фасадов в трижды пропитой стране
едут танки без бравады в трижды латаной броне.
Не парадно, не фартово, в макияже прежних бойнь
едут тупо, не елдово на Донбасс лить братьев кровь.
едут танки без бравады в трижды латаной броне.
Не парадно, не фартово, в макияже прежних бойнь
едут тупо, не елдово на Донбасс лить братьев кровь.
В вонь простуженные души, в дышло пропитые дни
дома горько бить баклуши без обилия жратвы...
Едут в танках иль не едут, в ранге татей и громил.
Генерал покойный Лебедь их в Тирасполе хранил.
дома горько бить баклуши без обилия жратвы...
Едут в танках иль не едут, в ранге татей и громил.
Генерал покойный Лебедь их в Тирасполе хранил.
Грозный их сжигал, как @бень, их в Тбилиси ждал позор,
ну, а те, что уцелели, - в третий раз чинят раздор.
Скрежет ржавый ходовые издают за сто дворов -
в них у@быши России - дети татей и воров!
ну, а те, что уцелели, - в третий раз чинят раздор.
Скрежет ржавый ходовые издают за сто дворов -
в них у@быши России - дети татей и воров!
Придорожно дурь сливая, хлещут спирт в тылу отцы,
мать-Рассея продувная, вы в ней просто молодцы!
Говоришь, на Украину? А вернётесь ли назад -
сложит время в домовины, никому не даст наград!
Их во рвах, на придорожье закопают аки псов -
лягут все, кому так сложно ждать от Родины рамсов.
Ведь рамсы они для урок - перетерли и капцы,
а не злачный закоулок, там, где дурь, бухло, бабцы.
Лязгнут треки в чебуреки вязко вымятых дорог,
и прольются крови реки, и во рву завоет Бог!
И на горькую кончину как в спиртовом продларьке
по сто капель на мужчину, как дерьма на поводке.
и прольются крови реки, и во рву завоет Бог!
И на горькую кончину как в спиртовом продларьке
по сто капель на мужчину, как дерьма на поводке.
Ведь не ждал никто удачи, там, где пропита страна,
или просрана на сдачу по-бандитски без ума...
Нон инфорто! Каждый вроде при подобном - не дурак,
во саду ли, во огороде однопох’ ему, в колоде, -
если в цинке, то мудак!
во саду ли, во огороде однопох’ ему, в колоде, -
если в цинке, то мудак!
И погиб ли ты неловко в танке драном на войне,
или выбрался Егоркой и могилкой на пригорке
и залипнул на броне.
И тебя уже оттуда не сошкрябаешь за так,
потому, что царь - иуда, ну, а сам ты кто? Дурак!
или выбрался Егоркой и могилкой на пригорке
и залипнул на броне.
И тебя уже оттуда не сошкрябаешь за так,
потому, что царь - иуда, ну, а сам ты кто? Дурак!
От наколотых до дури до сгоревших под бронёй
от украинских орудий, батальонов и полков
не отыщется участья, а народ - он не простит:
плюнет под ноги на счастье и забыть тебя велит...
от украинских орудий, батальонов и полков
не отыщется участья, а народ - он не простит:
плюнет под ноги на счастье и забыть тебя велит...
Это ж надо... едут тени... это ж надо... без ума,
а в тылу у них без лени в сральник рушиться страна.
А ведь каменщики вроде, а ведь пахари отцы,
но просрал их мир в колоде – впрямь и дети и отцы…
Дескать, карты подлецы!
а в тылу у них без лени в сральник рушиться страна.
А ведь каменщики вроде, а ведь пахари отцы,
но просрал их мир в колоде – впрямь и дети и отцы…
Дескать, карты подлецы!
* * *
Война по пластиковым нотам: от каптопреса энурез.
Теснятся мальчики в окопах безмерно суженных... гротеск.
Поди, пойми когда украли не сантиметры - судьбы тех,
кому окопы, как скрижали. Кто на себя взял тяжкий грех.
Теснятся мальчики в окопах безмерно суженных... гротеск.
Поди, пойми когда украли не сантиметры - судьбы тех,
кому окопы, как скрижали. Кто на себя взял тяжкий грех.
Снаряды всячески утюжат, не отвернуться без проблем,
а в кабаках роскошный ужин бабло урвавших без диллем.
Там грады, танки, минометы, здесь разносолы и блядво.
Там смерть, а здесь урвавших рота, да как укравших - ё-моё!
а в кабаках роскошный ужин бабло урвавших без диллем.
Там грады, танки, минометы, здесь разносолы и блядво.
Там смерть, а здесь урвавших рота, да как укравших - ё-моё!
Войну крышуют те же люди - братвы всё тот же Баргузин.
Они пройдут, где нас не будет до термоядерных руин.
А может быть без соучастья их в миг отправить на отстрел
во имя будущего счастья сирот и вдов без тухлых схем?
Сегодня нас линчует ящик, сиротство нации в крови...
о, этот страшный зомби-вральщик - в нем раны века без любви.
Они пройдут, где нас не будет до термоядерных руин.
А может быть без соучастья их в миг отправить на отстрел
во имя будущего счастья сирот и вдов без тухлых схем?
Сегодня нас линчует ящик, сиротство нации в крови...
о, этот страшный зомби-вральщик - в нем раны века без любви.
О, этот страшный зомби-ящик -в нем раны родины видны.
* * *
Пока
нездешне украинцы поют о Родине своей,
в стране
злорадствуют чужинцы - не тот язык, не тот элей....
Не тот
язык извечных пашен, не тот икор речных посол,
не так мы
молимся и пляшем, не с тем накрыт наш праздный стол.
Не с теми
мы приходим в будни, где черной сотни Сварожи
к нам
прибывают аки трутни - потуже стог, страна, вяжи!
Отдай
исподнее бывало, отдай последнее без слёз,
а то тебе
натрём @бало и пустим струги на погост...
Так было,
помнится, когда-то, когда распяли Явь и Сечь
Царя берсеки
бесновато... Нам не забыть, и боль не сжечь.
как до
низовья без подпруги вдоль по Днепру пылала голь.
Аксцитесь,
пришлые рОбята... Мы отпоём за кровь и боль...
Ведь и
Гомер ходил галерно в эллинских узах, но возрел,
вот так и
мы сейчас примерно вершим истории раздел.
Без анаболиков
проклятых - соплей изгаженной души,
а за
народ прошли ребята в Отчизны нашей витражи.
Ну, да...
Живем на пограничье, оросо, я @бал твой род!
Ты гадишь
нам до неприличья, тебя урекает народ!
И на меже
восставит камень, на камне том пославши нах’.
всех тех,
кто ненависть направил на украинский мирный флаг!
* * *
Я вдавлен
в мир Россия-Украина: два мира, две печали, две судьбы
И в том
мой единственно провина, что я сегодня в зеркале Мечты.
А вдруг и
перебесит эти страны, а вдруг и этот адовый кагал
По-свойски
перемелют корефаны, и примут это молча аксакалы,
И выстроят
отменнейший Генплан, что Украина - солнечный портал!
А подле,
там в вдали - великоросы, а подле них изгои - алкаши,
не
добежать им до Голопогосья, а в Украине - солнца виражи!
А в
Украине - ангелы на крышах, а в Украине - сеперов погост.
И Украина
солнечностью дышит: над двухмировьем -праведности мост!
* * *
Материнские дискотеки - минотавры танцуют лихо.
Лихолетья былого вехи опадают в нирвану тихо.
Племенные вожди в экзиле, торжествует безглавый прайд -
о безумии здесь забыли - всё отныне в стране: all right…
Лихолетья былого вехи опадают в нирвану тихо.
Племенные вожди в экзиле, торжествует безглавый прайд -
о безумии здесь забыли - всё отныне в стране: all right…
В гастрономы стремятся гномы, но ни сколько не за жратвой -
в портмоне их живут скопидомы - ешь глазами и будь здоров.
Не ходил бы ты с ними в разведку, словно пролит в душе керосин,
будто вдруг надломили ветку, на которой кричал павлин.
в портмоне их живут скопидомы - ешь глазами и будь здоров.
Не ходил бы ты с ними в разведку, словно пролит в душе керосин,
будто вдруг надломили ветку, на которой кричал павлин.
И теперь он уже не птица, хоть по-прежнему жрет ячмень,
а по пятницам просом постится, но вот слово его – кремень
Он как глянет на лет поклажу, закурлыкает куд-куды
и прибавит: - Не лезь, а то вмажу, наклюю на груди бигуди.
а по пятницам просом постится, но вот слово его – кремень
Он как глянет на лет поклажу, закурлыкает куд-куды
и прибавит: - Не лезь, а то вмажу, наклюю на груди бигуди.
И пойдешь ты плясать и хрюкать под раскосый осенний блюз.
Есть пацаки - ходи и думай: то ли в цаку, а то ли в шуз.
Есть пацаки - ходи и думай: то ли в цаку, а то ли в шуз.
* * *
Кто ищет ритмы, ритмику, регтайм.
тому не в кайф свечные канделябры,
к ним - фрачный выход и земные лавры:
- Ты сам себя с Поэзией связал!
тому не в кайф свечные канделябры,
к ним - фрачный выход и земные лавры:
- Ты сам себя с Поэзией связал!
И трубный клич с эолами зари -
хардгорны и свирельный зуд сопилки.
Тот не смешаем, в ком души опилки
скипелись в страстно дерзкое: - Греми!
хардгорны и свирельный зуд сопилки.
Тот не смешаем, в ком души опилки
скипелись в страстно дерзкое: - Греми!
Пиши, клаксонь, сифонь, гони по трубам
всё то, что разорвало Кали Югу.
Грузи слова на дней речной трамвай :
по Стиксу - вверх, по Лете - в мир упругий.
всё то, что разорвало Кали Югу.
Грузи слова на дней речной трамвай :
по Стиксу - вверх, по Лете - в мир упругий.
Должно быть, там отыщешь сущий Рай.
* * *
«Комси комса»
по-украински!
Снова каменные йетти бессердечно злых -
снова каменные души наших часовых
горько держат нас на суше скраденных забот,
оттого всё глуше, глуше наша жизнь бредёт.
снова каменные души наших часовых
горько держат нас на суше скраденных забот,
оттого всё глуше, глуше наша жизнь бредёт.
Цепко держит нас с тобою пришлая шпана,
предпочившая разбою власти удела.
Прихватившая кроваво, словно упыри,
наше чаянья о воле, счастье и любви.
предпочившая разбою власти удела.
Прихватившая кроваво, словно упыри,
наше чаянья о воле, счастье и любви.
На иссушенной планете даже зла камзол
перекраивают йетти в ноский фрак-Кобзон.
Чтоб пристал он априори к пасынкам судеб,
чтоб те век не знали воли, если черствый хлеб.
перекраивают йетти в ноский фрак-Кобзон.
Чтоб пристал он априори к пасынкам судеб,
чтоб те век не знали воли, если черствый хлеб.
Чтоб восстали комиссары и декретный строй:
Гадил в жизни - расстреляли и концы с хамсой
Гадил в жизни - расстреляли и концы с хамсой
* * *
Слетаются ведьмы на шабаш подольский -
пять ведьмовых гор над Подолом стоит.
Свиваются в танце над Лысой горою -
одной из пяти... Угадаешь - гамбит!
пять ведьмовых гор над Подолом стоит.
Свиваются в танце над Лысой горою -
одной из пяти... Угадаешь - гамбит!
Тебя перекрутят, затем озадачат.
Ты станешь иначе смотреть на людей.
А то еще пуще - возьмут и подначат,
мол, стал ты ведьмаком, хоть и был прохиндей.
Ты станешь иначе смотреть на людей.
А то еще пуще - возьмут и подначат,
мол, стал ты ведьмаком, хоть и был прохиндей.
И будут галушки, ко рту прилипая,
по хате носиться пампушкам во след -
и некая Женщина - то ли из Рая,
а то ли из Ада оставит свой свет...
по хате носиться пампушкам во след -
и некая Женщина - то ли из Рая,
а то ли из Ада оставит свой свет...
У лет изголовья, у сна на затырке,
и будут обжинки, и тихая боль,
что сам ты - козак, а не чертова жинка -
шептуха, колдунья да просто... Любовь!
и будут обжинки, и тихая боль,
что сам ты - козак, а не чертова жинка -
шептуха, колдунья да просто... Любовь!
Её не святую, но здешнюю напрочь,
вчера еще просто живущую зря,
ты ночью положишь в объятиях на печь,
чтоб утром Богиня тебя обожгла!
вчера еще просто живущую зря,
ты ночью положишь в объятиях на печь,
чтоб утром Богиня тебя обожгла!
* * *
Пещерный
город… Третьей мировой не пережил анклав увядших роз.
Когда
треть мира вышло на разбой - две третьих сокрушило море слёз.
В
подобном мире Правды не ищи – нет в нем знамен от праведных вождей.
Пестрят
повсюду серые плащи - за каждым свой духовный суховей.
Уже не
розы, а одни шипы у каждого под подранным плащом.
Отпетые
барыги, не вожди превратили Город их в Содом.
И вот
бредут над Городом года в агонии бесславья и потех -
стенает в
страхе древняя страна голодных, обездоленных, калек…
Но нет
вождей, свобода – на штыках, расстрелы на столичных площадях,
и знать,
что разожралась в пух и прах, и плебс, что опустился водку жрать…
И Капище
– всего-то артобъект, покуда даже боги сому пьют,
и
торжествует мелкий человек, покуда исполины пули льют…
сплошь из
говна, поскольку мир – говно. Такое вот привычное кино.
И ото
всюду серость прет в плащах, безверием бессилья сея страх…
И не
дойти уже до синекур, покуда сам в себе не трубадур…
Покуда
сам в себе – изгой и раб, и пули из говна, и сам ты слаб.
И мухи,
что ликуют среди роз, уже пыльцу их метят на навоз,
Какое в
том амбре нездешних мест. Один, в сплошном зловонии, инцест.
Но даже в
этом видят чудаки всесилие расторженной судьбы,
которой
от рожденье дан погост, коль все её деянья на компост.
Коль вся
одна изжита до конца едва не в миг зачатия истца.
И весь
удел его, как клинопись – за зыбким счастьем, фраер, не гонись.
Тебе дано
бессилие потуг, поскольку на тебе замкнулся круг.
Ты раб
весь от рожденья до конца – ворье ликует, прочим – бум-цаца!
И мухи,
что ликуют среди роз с ворьём воркуют в стужу и мороз
с ворьём
воркует в ливни и жару – ворье ликует… МЫ ЖИВЁМ В АДУ!
И этот ад
нельзя переменить, поскольку оборвалась правды нить.
Сучат её
ворье и мужики – простой народ и зэки-мудаки.
А кто
иной, кто пусть даже не мудак, - от жизни захмелел или обмяк,
упал в
нирвану, выверни поди, тогда как озверела птица Пти
и
прошипела: раб иль фараон - так было с изначалия времён,
но вот
ворье лишали рук иль глаз без промедленья, а теперь – отмаз…
Ворья
удел, хоть в прошлом фараон, вор сыт, и пьян, и спаян век с ворьём,
и у ворья
есть маза и общак, и золотой батон, и жизнь нищак,
а прочий
люд ограбленной страны уже не смог отбиться от шпаны…
охлял,
изношен старенький пиджак, а в кармаНАХ ограбленных сквозняк.
Так и живет
на сиплом сквозняке, хоть мир наш управляемый вполне.
Каменья в
пращу, не робей Исаак, команда пли. И вор избит в форшмак.
Команда
пли! Приходит время Че. Круши ворье, коль праща на плече!
Мы вправе
эту касту истребить, поскольку нам не стало силы жить!
Есть
время истребления воров. Молчать не стало сил за будь здоров!!
* * *
Матрица старого пола отрывается с кровью -
не поддеть её сразу - ни металлом, ни новью,
ни забралом из золота, ни скопьем алмазов...
Матрица старого мира отрывается с болью, не сразу!
не поддеть её сразу - ни металлом, ни новью,
ни забралом из золота, ни скопьем алмазов...
Матрица старого мира отрывается с болью, не сразу!
* * *
Тропические тапки ADIDAS -
цыганская подделка, ромский нахес:
- Купи, бери, греби, честной народ:
и вы, мадам, и сир, и крошка Цахес!
цыганская подделка, ромский нахес:
- Купи, бери, греби, честной народ:
и вы, мадам, и сир, и крошка Цахес!
А во дворе какой сегодня год?
И можно ли сканировать кроссовки,
чтоб не были похожи на «Рот фронт»?!
Мадам, берите! Жизнь - она плутовка!
И можно ли сканировать кроссовки,
чтоб не были похожи на «Рот фронт»?!
Мадам, берите! Жизнь - она плутовка!
А в них огонь от ромского костра,
кочевий отшумевшие кибитки
отъездили планетой, как улитки,
которые объели Нотр-Дам...
кочевий отшумевшие кибитки
отъездили планетой, как улитки,
которые объели Нотр-Дам...
За каждым шагом: Готоню, вейзмир!
А вы за двадцать евро беззаботно
пройдете по планете предполетно,
как будто Бог в полет вас отпустил!
А вы за двадцать евро беззаботно
пройдете по планете предполетно,
как будто Бог в полет вас отпустил!
Судьбе своей ничем не навредите.
Подыщем колор, выпрямим канву...
И вы себе по рантику ходите.
Вперёд ступайте, я назад рвану...
Подыщем колор, выпрямим канву...
И вы себе по рантику ходите.
Вперёд ступайте, я назад рвану...
* * *
Резная образная дека спасает время человека -
его врачует и целит, как добрый доктор Айболит.
Из древней образной стихии к нам прежде Боги приходили...
Увы, наш разум занемог, когда спасительный чертог
пришел за нами на заре - им правил Бог в одном лице.
Иные все о нём забыли, и их мы в Вечность отпустили,
где и покоятся до сих без уважительных вериг....
его врачует и целит, как добрый доктор Айболит.
Из древней образной стихии к нам прежде Боги приходили...
Увы, наш разум занемог, когда спасительный чертог
пришел за нами на заре - им правил Бог в одном лице.
Иные все о нём забыли, и их мы в Вечность отпустили,
где и покоятся до сих без уважительных вериг....
А мы опять взываем к Богу: - Построй нам счастья синагогу,
открой на будущность глаза, нажми на горя тормоза,
яви чудес густейший лес без заунывных скучных месс,
без запретительных табу и знаков всяческих на лбу.
открой на будущность глаза, нажми на горя тормоза,
яви чудес густейший лес без заунывных скучных месс,
без запретительных табу и знаков всяческих на лбу.
Приди и правь, являя в Навь Любви и Счастья пектораль!
* * *
Три лагуны, два портала - всей страны на карте мало.
Порт фрактальный средь веков для приблудных чудаков,
небо в мареве зарниц, словно занавес кулис,
а на них, чеканя слог, Откровенья пишет Бог!
Порт фрактальный средь веков для приблудных чудаков,
небо в мареве зарниц, словно занавес кулис,
а на них, чеканя слог, Откровенья пишет Бог!
Их ещё не распознал - не торопит терминал.
Но уже в круженье драм вижу самый высший балл!
Это кодовый заслон для стяжателей времён.
Бог допустит и простит только тех, кто верит в скит…
Но уже в круженье драм вижу самый высший балл!
Это кодовый заслон для стяжателей времён.
Бог допустит и простит только тех, кто верит в скит…
… в Преднебесье средь Небес, для того, кто вверх пролез:
подтянулся и пошёл - прямо в небо нагишом!
Звуков горних слышен рог, бродит здесь единорог
и внимает каждый раз, свято Господу молясь…
подтянулся и пошёл - прямо в небо нагишом!
Звуков горних слышен рог, бродит здесь единорог
и внимает каждый раз, свято Господу молясь…
звукам утренней зари, вздохам радостной любви,
и в круженье вешних сфер он трубит, что сам прозрел,
всем иным не до того - на Олимпе пьют вино
и взирают сверху вниз на истории каприз...
и в круженье вешних сфер он трубит, что сам прозрел,
всем иным не до того - на Олимпе пьют вино
и взирают сверху вниз на истории каприз...
* * *
Я живу в
мире Золушек - феей, я живу в мире Ангелов зла,
но
нисколько притом не робею, потому что на сердце Весна.
потому,
что по жизни - Сансара - это просто судьбы колесо:
страсти
мира в нем плавятся даром, превращая эпоху в серсо.
Кто в ней
попросту добрый попутчик, кто в ней друг, кто в ней враг - не поймёшь...
Только
изредка солнечный лучик прожигает в ней подлую ложь!
В ней из
пепла рождаются слёты и колдобины прожитых лет.
В них
тоскуют о небе пилоты, что упали бескрылыми в снег.
Снег
сожжен, атрибутика боли, и пилотов упавших экстаз
не
оставят души без работы, не прикроют в душе перелаз.
Кто там
не был нисколько, ни разу - я не стану того торопить.
Пусть
взлетит в небеса без приказа... Ну, а вдруг там получится жить!
* * *
Все
страсти мира испытав, приходишь к морлокам своим.
А их в
тебе живёт анклав, где всякий морлок - твой кумир!
И от него
идёт кумар, и зреет летняя гроза.
И то, в
чем был вчера неправ, нельзя спустить на тормоза!
* * *
Хоть баладно,
хоть былинно, лишь бы не было кручинно.
Одолела
грусть-тоска? Выпей стопочку с носка…
Загрызи шматок
юдоли, и живи себе на воле...
В чистом
поле - рожь да блажь - счастьем рожицу измажь!
Не круши в
себе сансару - мчись по жизни с лёгким паром -
сам себе
велосипед под сидушкой зим и лет.
На
сидушке - цвель да дыры - вот такие тыры-пыры,
пляшет
время менуэт: ваши с боку - наших нет!
* *
*
Персонально Юлии Тимошенко
Ей цена в
стране знакома - грабежи. И не раз она бралась за виражи.
И не раз
её сажали - вот дела, а она опять к вершине рвет масла...
Чу, дорвётся,
вот где горе - не беда, нищетою захлебнется вся страна:
в голове
её все коды общака... Люди, это враг народа из зэка!
* * *
* * *
