Эндшпиль — это возвращение, но не к победе и не к поражению, а к самому себе. Человек остаётся в заточении обстоятельств, где прошлый проигрыш стоит перед ним как немой страж. Внутри этой тишины начинается диалог, суровый и необходимый.
— Ты проиграл, — говорит обстоятельство, — и теперь твоя память — твоя тюрьма.
— Нет, — отвечает человек, — моя память — мой форт. Я превращу поражение в пособие, а тишину — в оружие.
— Ты был мишенью, тебя били, ты падал.
— И потому я научился выбирать цели. Я больше не выйду на поле боя без права назначать его сам.
Так рождается стратегия жизненного эндшпиля. Внутренний форт становится пантеоном памяти, тренировочным клубом, музеем несостоявшегося. Всё это — разные формы подготовки к возвращению. Человек не отказывается от поражений, он делает их пособиями будущей значимости.
И когда приходит момент, он выходит из заточения на новое ристалище. Там уже другие люди, другие встречи, другие обстоятельства. И там он больше не жертва, а игрок, который сам назначает поле боя.
Эндшпиль — это искусство разговора с прошлым, где поражение становится учителем, а тишина — стартовой площадкой. Возвращение — это не повторение, а новый вход в жизнь, где память перестаёт быть тюрьмой и становится оружием.
-
Экипировка космонавта — или как государство учило Гагарина носки считать
В апреле 1961‑го Совет Министров СССР собрался на заседание, где решалась судьба не только космоса, но и нижнего белья.
Юрий Гагарин, покоривший орбиту и ставший лицом планеты, оказался в положении, когда без подписи Хрущёва ему не светили ни носки, ни трусы.
Правительство постановило:
— «Подарить майору Гагарину и его семье всё необходимое для жизни и приличного вида. От пальто до электробритвы. От куклы до чемодана».
Ирония момента: человек, который облетел Землю, не мог сам купить себе даже шляпу. Не было у него ни денег, ни доступа к распределителям. Космос — да, магазин «Берёзка» — нет.
Список «экипировки» выглядит как инвентарь для переселения на другую планету:
- Гагарину — костюмы, галстуки, электробритва.
- Жене — платья, шляпы, чулки.
- Детям — кровать, коляска, игрушки.
Всё строго по ведомости, всё за счёт резервного фонда.
И только после этого первый космонавт мог предстать перед миром не в тренировочном комбинезоне, а в приличном пальто.
Исторический вывод
Советская система умела запускать человека в космос, но не умела дать ему возможность купить носки без распоряжения Совмина.
Гагарин стал символом прогресса, но одновременно — символом того, что в СССР даже герою приходилось ждать, пока партия выдаст трусы по накладной.
И выходит, что настоящая «экипировка космонавта» — это не скафандр, а бюрократический акт с грифом «Секретно».
Ведь в стране, где полёт в космос был возможен, поход в магазин оставался фантастикой.
И ещё:
Леониду Утесову - фотоаппарат от Сталина, Юрию Гагарину - фотоаппарат от Хрущева! и это все. Запомните это нынешние привластные прихлебатели с Украины!!
-
Коты не курят сигарет,
а те не кушают котлет,
бессонный выдался рассвет,
рачки в мечтах, не из конфет.
Неисправимый пасодобль
под валидола апперкот.
такой невиданный апрель
морозом тянет со щелей.
На кончик носа выполз сон
да так и обмер без икон
и переполз на кончик дня,
где я не сплю, ото х!рня.
Где на часах уже не ночь.
я спать хочу, хоть тот прёт прочь...
и из души Я слышу рык:
какой же долбень ты, старик!
А в стариках, как не крути,
то ночь без сна, то нет пути...
на раздорожье ста дорог.
Куда идти подскажет бог...
...
По египетским обрядам
Скрещиваю длани сна
Не одной забавы ради,
А и для пользы естества.
-
Чудаков несло по свету
обряжать планету счастьем,
видно было порученье
свыше в светлом соучастье.
Только миссии все эти
обрывали якоря.
чудаков на этом свете
не удержат никогда.
Были не были, пропали,
растворились, се ля ви.
Нам оставили забрала
счастья, радости, любви.
А ещё как ни банально
нам оставили себя,
хоть и в мире виртуальном,
но без них нам жить нельзя.
нам оставили твердыню
и премножество проблем.
А в преамбуле гордыню,
А в постамбуле - Эдем
Чудаки, ау, молчанье...
Их уносит в мироздание...
