Веле Штылвелд: Смотритель космодрома на Крансбере, ч. 2
Чуть дальше от условного стартово-посадочного пространства, метко названного Оборвись--поле, начиналось царство бесконечных служб сопровождения: технико-эксплуатационных частей, товарно-транспортных складов и пакгаузов, за которыми тянулись бесконечные санитарные и таможенные посты, карантины и службы предварительного задержания и депортации с планеты тех, кто имел галактическое уголовное прошлое, либо объявлен был в розыске.
Следует оговориться, что тюрем на планете не существовало, но депортация осуществлялась мгновенно на ближайшую планету космоклошаров, где не каждого депортанта с Итак ждала сладкая участь. Были на Тронте рудники и галеры. Тамошние парии обожали земное средневековье. Да и как было не обожать, когда из здешних рудников было выработано всё до крох галактическими корпорациями, а последующая рекультивация Тронты по прогнозам тамошних умников должна была затянуться на несколько последующих тысячелетий…
Я предпочёл для себя планету, экспортирующую банановую морковку, и теперь вяло брёл вдоль громоздящихся сразу за территорией космопорта многоэтажных гостиничных боксов, в каждом из которых были достаточно комфортабельные условия проживания, с маленьким но… За внешне ограниченное раздел-стенкой пространство никто не смел совать своего носа.Ибо и по эту сторону стены булькал свой "немилый Августин". "Хулиган? А гули нам… Ам-м!" – усердно подвывал он.
Во всех этих боксах временно проживали вечные бродяги галактики. Здесь же находился и мой внешне ничем неотличимый от прочих гостиничных номеров офис. Разве что в нём главенствовал я – линейный инспектор Крансбнерского космопорта, после присяги на верность планетарному сообществу антропоморфных итакцев, карликовым розовым слонам и лохматых кошко-птицам мурлонам…
К присяге на верность банановой морковке, слава Проведению, меня, право, не принуждали. Я сам её с аппетитом жевал повсеместно, поскольку она содержала в себе приятнейшее галлюционогенные градиенты, благотворно действовавшие на мою психику космического скитальца, обредшего свою вторую родину на планете Итак.
Попробуйте возразить, – если вас прославят и наградят, а затем ославят и ввергнут в нищету, приведут к присяге и назначат на официальную должность – разве это не значит, что Вам подарят очередную новую родину.
…Как там пелось в песенке Сервига:
Летели, упали, тут же подняли – гам!
Звёздные мили их опустили – к нам…
На эсперанто не переводить! С ним мы ещё хлебнём… Но разве не провестил "немилый Августин" – "Хулиган? А гули нам… Ам-м!" , а?
Перевели таки, черти...
...Kiel kantis en la kanto de Serghir:
Ni flugis, falis, tuj levis - din!
Stelŝipoj malaltigis ilin - al ni ...
А если звёздный хулиган стал вдруг инспектором, то, что вы на это скажете? То-то и он…
Я захожу в скан-камеру и прирастаю к вязкому полу. Меня словно всасывает мощной присоской, чтобы я не мешал леденящему душу лучу пробегать по моему телу – от макушки до пяток.
Луч обмеривает меня до микрон. Если вдруг обнаружится самый обыкновенный мерзостный зубной флюс и раздует вам щёку, можете не сомневаться, произойдёт мгновенная медицинская корреляция образа и флюс будет иссечен, и я уже без него войду в мир аки агнец планетарного правосудия…
Рассуждения прерваны мягко-требовательной командой:
– Входите!
И тут же следует информация:
– Инспектор Орнис, в гостиничном боксе С3-17 в настоящее время проигрывают подвыпившего аборигена с планеты Аксель. Это некий Бр-рГр-рЗр-рБых. Он уже успел подписать контракт, в котором дал согласие на собственную расчленёнку. Копия контракта, согласно Галактического Устава в пункте регулирования отношений между представителями контактирующих цивилизаций, уже поступила в правовой отдел космоадминистрации…
– Конкретизируй, Сервиг, произнесённую здесь ахинею…
– Чего здесь уточнять, шеф? ("Kion mi povas klarigi, Estro?") Шесть нефритовых конечностей этого Бр-рГр-рЗр-рБыха выиграл негласный представитель синдиката контрабандистов, пэр пяти астероидов Гектор Глюк, а четыре уключины из сталактитов – костыльки что ли – лиловый пришелец с Альфа Центавры Дик Х′ами-син…
– О, конченые идиоты! Они просто разобрали на части ложемент этого Бр-рГр-рЗр-рБыха: шпангоуты его ложемента действительно из нефрита, а стрингера из естественных параболических сталактитов. Это тебе, Сервиг, не костыльки. Это блин, ограничители его естественного экспансионизма! Ну, теперь, всем им хана – и Дик Х′ами-сину и Глюку!..
– Это почему же?
– Да потому что они подарили этой гадине извиняющее обстоятельство. Проигранные вполне законно части предписанного этой особи ограничителя дают право этой скотине на пространственную видовую прогрессию! А это значит, что вскоре он поглотит все своих партнёров по карточной игре, затем гостиничный бокс, затем космодром, Крансбнер, Континент Плантаций, планету… Продолжать?
– Нет, принимать решение! – последовала команда от руководства. – Как следует поступать планетарному сообществу, инспектор?
– Как следует, как следует… На хрена он вам тут понадобился…
– Был приглашен на конференцию регрессирующих рядов прогрессивных итакских математиков…
– Считайте, что он вас уже сосчитал!
– А если без шуток?
– Тогда немедленно следует предпринять депортацию этого Бр-рГр-рЗр-рБыха за пять световых лет в район ближайшей чёрной дыры!
– Энергоресурс затребован у Галактического совета…
– Энергоресурс получен. Отсчет времени пошёл… Десять…
– Короче, он уже поглотил своих нерадивых партнёров!– Девять… Восемь.. Семь…
– Он уже слопал свой гостиничный бокс! Объявить тотальную эвакуацию из С3-17!
– Бр-рГр-рЗр-рБых поглотил семнадцатый уровень, эвакуированы уровни с шестнадцатого по седьмой… В аквариуме на пятом уровне гремит прошальная песнь дельфинов…
– Пять, четыре, три…
– Дельфины не допели… Отель С3 уничтожен до фундамента…
– Один, ноль, старт!
– Трансгалактическая депортация прошла успешно, попутно съедена трансгалактическая стартовая установка… Вот, гадина!
– Урон минимизирован планетарной системой восстановления… Инспекторский бонус составляет пятьдесят космокредиток… Желаете имплантировать?
– О, да, конечно, – поровну в правое и левое предплечье.
Со стены выдвинулось призовое кресло-имплантатор. Я победно взгромоздился, но про себя зарёкся сообщать о пополнении своего мизерного счёта местным доброхотам и фанам. Синхронно пульсирующие уколы конкретно сообщали мне о притоке энергии…
– Процедура имплантации пятидесяти космических эквивалентов завершена. Пожалуйста, помните, что усилия по преодолению гравитации в планетарных условиях запрещены.
– Это почему же?
– Потому что подписано планетарное соглашение о разграничении зон экологического проживания представителей человеческих рас и мурлонов.
– Существуют ли какие-нибудь исключения, определённые соглашением?
– Исключение единственное: содействовать интеграции мурлонов и антропоморфных существ!
– О, Провидение! Кто же руководит Итакским планетарным советом?
– Ведомо кто – мурлон! – немедленно ответил мне Сервиг – синтезразум в интегрированной голограмме.
…К мурлону меня и вызвали.
– Чу ви паролас эсперанто? Ĉu vi parolas Esperanton?
– Ми не фурми. Оставим ваш пиетет, не имеющий ничего общего с этикетом. Поговорим без прикупа в колоде…
– К чести мурлонов, ни один из пяти миллионов ста двадцати восьми особей нашего уникального вида в карты не играет. Да и вы вроде бы не особый игрок… Вот ваш папашка…
– Ну, к чему нам досье с пасьянсами персоналий? Говорите открыто, в лоб!
– С вами, Орнис, всегда было не просто: что в лоб, что по лбу, дружок. И всё-таки, чем чревата столь экстренная высылка, уточню, – депортация этого Бр-рГр-рЗр-рБыха?
Говорите честно, не врите. Вы же могли просто, ну, скажем, приструнить его эргрегор, умалить его ощущения, ужать амбиции, наконец, просто аннигилировать…
– А с ним заодно и полгалактики в раз! Нет уж, простите… Я видел подобных тварей, так сказать, в действии. Если хотите, они – хищные пожиратели звёзд. Опуститесь на землю, то бишь, на нашу общую с Вами планету, представьте себя только на мгновение на скамье дознаваемых, и тогда вы сумеете сканировать мои мысли, прежде чем депортировать меня со столь лицеприятной планеты. Вы сами хоть понимаете, на какие межзвёзные неприятности мы нарвались?
– Уточните, пожалуйста, для лохмато-хвостатых с крыльями на спине… Тэк-с, сказать…
– Хорошо, я подумаю… – здесь я выдержал паузу. – Прежде всего, представители вида, к которому принадлежит этот Бр-рГр-рЗр-рБых, возникает в информационном поле галактикн в виде самореализующейся субстанции, которой, честно говоря, от души начхать и на городской магистрат, и на всех служащих космопорта. А просто за все прошлые информационные прегрешения следует однажды платить… И вот…
– И вот? – попытался поторопить за мной ревностный трудяга мурлон.
– Так вот вся статика непринятых решений и непродуманных действий прошлого концентрируется в некое первичное зло, которое подпитывается реликтовым негативом.... Происходит что-то ещё, что проскальзывает в наш мир на мгновение и не оставляет о себе никаких материальных либо полевых изменений. Мы имеем дело с информационной саркомой единого поля в данном участке космоса, собственно на планете Итак – что-то вроде…
– "Сна разума, который рождает чудовищ"… Ну, как же – земная классика, бесподобнейший Франциск Гойя. Он глохнет, когда ему говорят об изменах графини де Альба…
– Вот-вот, и мне до вас порою не докричаться… И чем плотнее я вживаюсь в этот ваш мир, тем быстрее я буду вынужден покинуть его…
– Это почему же?
– Наверное, от того, что человечество давно уже стало страдать чувством мессианского экспансионизма, а если говорить проще, то космическим экстремизмом. Мы просто в дуру прибыли на планету котов и очеловечили её, подрезав вам крылья… Вот что-то и не тик-такнуло…
– М-мау… То бишь, я хотел бы выразиться поконкретнее: браво! Когда это, наконец, стало до вас доходить? Не тогда ли, когда вы стали посылать на Землю прекрасные меховые поделки: шапки, шубки, варежки… Тогда мы и обратились к душе нашей планеты…
– И из неё вышел Бр-рГр-рЗр-рБых?
