Веле Штылвелд: Утренний сон о Шмоке и болоте мягкого отступления

Веле Штылвелд: тренний сон о Шмоке и болоте мягкого отступления

Мне снились башмаки, сшитые из мягкости моих родителей. Они шагали по улицам Киева, оставляя следы отступления. Я пытался идти вперёд, но башмаки сами поворачивали назад. В стакане плавали стеклянные шнурки, как поздно прозревшие предки. Я тянул их, а они обвивались вокруг пальцев, шепча: «Отступи». Я проснулся с ощущением, что меня связали во сне. Учительница мягко диктовала логику уступок. Все дети писали одинаково: «Я сдаюсь». Я поднял руку и сказал: «Я иду вперёд». В классе раздался мат, и меня вычеркнули из списка. Автобус подъехал к кладбищу. Внутри сидели подвыпившие пацаны, а снаружи батюшка с лентой и две монашки плакали. Я хотел выйти, но автобус ехал назад, назад, назад. Лестница вела вверх, но ступени были из ваты. Каждый шаг проваливался, и родители снизу кричали: «Не поднимайся, упадёшь». Я всё равно шёл, пока не проснулся в падении. На столе лежала книга, написанная моими предками. В ней была одна стратегия: «Отступать». Я пытался вписать другое слово, но чернила исчезали. Тогда я закрыл книгу и спрятал её под подушку. И наконец я стоял перед дверью, за которой жили их сны. Я сказал: «Не приходите ко мне ночью. Я не виноват». Дверь закрылась мягко, как родительская ладонь, и я остался один в тишине. Но в глубине сна появился он — мой внутренний шестилапый ершистый Шмок. Сызмальства он замутил моё пожизненное завихрение. Его лапы цеплялись за грязь, его ершистая спина рвала мягкие ткани сна. Он тащил себя из болота, и вместе с собой — мой мир, пытаясь вытянуть его из страшного жизненного болота. Он рвал башмаки, разрывал стеклянные шнурки, переписывал книгу чужой логики. Он не боялся падать с ватной лестницы, потому что каждый раз вставал. Ужас этого сна в том, что мягкость родителей закрепила стратегию вечного отступления, сделав её наследием слабости. Но рядом живёт Шмок — контробраз сопротивления, который не даёт окончательно утонуть. И кошмар в том, что оба голоса — мягкое «отступи» и ершистое «тащи» — звучат одновременно, разрывая сознание. Это сон не о выборе, а о невозможности избавиться ни от слабости, ни от борьбы. Да, как все, мы очень рано отказались от лозунга наших недавних предков: Бороться и искать, найти и не сдаваться. Увы, все мы сами в разной степени, сдались и оказались пресловутыми "шнурками в стакане"...