- Вот о чем как-то заявил бывший генеральный прокурор Украины Виталий Ярема:
Нынешний украинский антисемитизм настолько опасен, насколько опасно любое человеческое заблуждение... Краски и будни Оранжевого, а тем более Евромайдана показали, что народ надо лечить, восстанавливая взаимопонимание между двумя древними этносами, потому что все более чем просто... Чем больше сооружается духовное гетто для украинских евреев в Украине, тем более и сами украинцы погружаются в подобное гетто, но уже для себя. Почему всё именно так? Потому что все люди - эманации Бога. Единого Бога. И желая близкому «меньшевартисти», ты этим чувством пронизываешь прежде самого себя, и когда Бог соглашается с твоим желанием, он корректнейшим образом проецирует это желание на тебя. Вот почему англичане, привыкшие полагаться на каждую человеческую душу в своем островном королевстве, более не пытаются быть антисемитами, поскольку по определению Черчилля, сами они ни чуть не хуже евреев. А если не хуже, то с кем бороться? И к чему?! У нас же, прежде всего, в агонии антисемитизма от панов яворивских опущен украинский народ! И никакая злоба счастья ему не прибавляет там, где в пору сотрудничать воистину на равных... А пока самое время - пора собирать всенародную петицию к Президенту о немедленном роспуске последнего форпоста антисемитизма в стране - НСПУ!
Антоніна Євтодюк: Немає в Україні антисемітизму! А антиукраїнська жидівська окупація є! Не пересмикуйте факти. Хочу побачити членами кнесету майже 85% українців - тоді поговоримо. І не потрібно нас лікувати толерантною гільйотиною. Нас Бог любить, бо навіть лягаючи в землю, проростаємо міцнішими. амінь.
Веле Штылвелд: Есть! Судите публично Яворивского... там такие лыжи полезут... А майданные сотни на местах были просто исперчены антисемитским матом! Народ болен... И я об этом... Это не толерантность... А черносотенное опущение сельского населения... И это известно всем! В, скажем, в огромном Земном мире... После нас только Австрия... И уж потом вражья рашка... Это мировой тренд... Вот почему харкать и харкать украинцам до реальной Европы. Кстати, и мне в том числе... В памяти тех лет кроме генетической ненависти и патологических страхов – нет никаких чувств… Как фанера над Парижем пролетает грусть веков... Киев стал несколько тоньше обычного. Обнаружилась фанерность, декоративность нынешнего антуража. Даже вот та последняя многоместная лже-майдановская палатка... Она так измочалила в крошку серый гранит... Не смыта и гарь... Вот всех бы инициаторов лже-майдана протрясти кошельком. Знаете, почему я люблю Париж... Нет в нем вечной киевской повоенности, то бишь фанерной про людское око повседневности. Существует выверенность улиц и площадей. Вот недавно прочел о своем любезном Нотр-Даме, мол, две женщины над входом - в короне на голове - святая церковь, а без короны опавшей под ноги - посрамленная синагога. Так ведь врут! Изображение есть, а антисемитизма, с точки зрения вечно затравленных украинских евреев, нет. Ибо вторая женщина олицетворяет материнскую не Христовую церковь, а альбигойскую церковь Марии Магдалины.
А вот в Киеве архитектурного душка нет. Зато есть всё ещё дмитрии корчинские и владимиры яворивские. Как в том анекдоте:
- Ты за что сидишь? За политику. На первомайской демонстрации объявили, что Ленин умер, а дело его живо. Вот я и сказал, что лучше бы Ленин жил, а дело его померло. Вот держу бокал с пивом... С одной стороны Нотр-Дам, Альбигойцы, с другой - Киев с вечно живыми антисемитами: корчинскими и яворивскими. Ну, вы поняли меня. Нет, я пью не за тех и не за других... а за песню на идиш в исполнении одной молодой одесской исполнительницы. Жаль, что пошла к Потапу, а не к Тине Кароль... Мамелошенц, прежде всего, возрождать еврейским женщинам. И в этом смысле Потап ни причем... А всё равно приятно... Прорвалась песня на идиш в исполнении певицы, рожденной уже в свободной независимой Украине... Как знать... Да, за то бы и выпил «будвайзер», даже псевдоамериканский, ведь пива такого нет в природе. А вот песни на идиш есть... Сегодня эти песни возвращаются, а завтра, Б-г даст, мы окончательно поставим точку на антисемитской версии НСПУ. А что до «будвайзера», то в качестве ремарки… Это пиво почти театральное, и уж точно бутафорное. Американская франшиза на дубовой и буковой тирсе... Пиво «BUD» - опять же для любителей американских сериалов - традиционно кинонизированный «Будвайзер»... Что же до государственного антисемитизма, то тут вот что удивительно: что во всех иных украинских творческих союзах этот черносотенный пережиток недавнего совка и уж точно призабытого царизма - истаял, словно растворился, как церковь Марии Магдалины, а вот в крово- и бабконососном от кабмина НСПУ все еще геббельсовский размай. Так за что я пью? Я независимую яркую многонациональную мою Украину! Лехайм! Будьмо гей!
Историческая справка | Нотр-Дам начали строить Капетинги в XII в. Да и Каролингов они сменили не в результате свержения, а постепенно. По-манихейские дуалистическая таблица д-Орсе (Кварта - Каролинги, тамплиеры, папство, масоны, Стюарты, французская революция, Квинта - катары, гибеллины, Меровинги и Капетинги, Британия) привлекает своей стройностью и ясностью, но при углублении в факты явно даёт серьёзные сбои и не работает. Существует версия, подкрепленная апокрифическим преданием, что катары в течение определенного времени были хранителями Святого Грааля... В качестве вступительной статьи использовано несколько глав из работы известного французского исследователя альбигойского движения Ф.Ньеля; издание также дополнено отрывком из "Песни о крестовом походе против альбигойцев" (XIII в.), фрагментами из книги О.Рана "Крестовый поход против Грааля" (1933) и "Требником катаров" (XIII в.), изданным в 1957 г. Д.Роше, "последним посвященным катаров".
В средние века на юге Франции широко было распространено учение альбигойцев. Этой "вонючей проказой юга", как именовали его католические иерархи, в XII – XIV вв. была охвачена местность, которая называется Лангедок. В XII в. эта местность не входила во Французское королевство. Что стало причиной распространения ереси альбигойцев именно в Лангедоке? Лангедокское графство раскинулось от Прованса до Аквитании и от Пиренеев до Керси. Управляли графством дворянские династии, среди которых самыми значительными были графы Тулузские, а также могущественная семья Тренкавель. Близость к Византии с ее высокой культурой сыграла свою роль в жизни графства. Многое из этой культуры Лангедок воспринял и усвоил, и в этом отношении не имел себе равных в тогдашнем католическом мире. В Лангедоке господствовала известная веротерпимость, которая принципиально отличалась от религиозного фанатизма в других частях Европы. К римско-католической церкви в Лангедоке особого уважения не питали. В графстве были католические храмы, где по 30 и более лет не служились мессы. Очевидная коррумпированность католического клира толкала и народные массы, и лангедокское дворянство к духовным поискам. В Лангедоке широко распространилась ересь. Все графство было охвачено альбигойским учением, Лангедокских еретиков. Называли по-разному:
"альбигойцы" - по имени города Альби, в котором это учение зародилось.
"катары" (от греческого katharos - чистый),
"вальденсы" (или лионские бедняки) - по имени лионского купца Пьера Вальдо. Этот купец, согласно легендам, роздал свое имущество и провозгласил бедность и аскетизм жизненным идеалом.
"совершенные" ("parfaits").
Основой учения альбигойцев стало богомильское учение. Оно возникло в X веке в Болгарии, и названо по имени священника Богомила. Главным в учении богомилов стало:
- отрицание богатства и земных благ, а иногда и частной собственности.
- бедность рассматривалась как высшая добродетель
- отказ от церковной обрядности, таинств, Ветхого завета,
- культа богородицы, мощей, икон, креста. Все это считалось сатанинским орудием, с помощью которого по наущению Сатаны был убит Спаситель человечества.
Учение альбигойцев (катаров) уравняло в правах Бога Света, с Богом Тьмы:
Бог Света - творец невидимого, идеального справедливого мира.
Бог Тьмы – Дьявол – создатель всего материального. Дьявол признается могущественной и равной Богу силой, его диалектической противоположностью, необходимой для самого существования Вселенной. Люцифер полонил ангелов - носителей света и заключил их в созданные им темницы плоти, Люцифер - сын темного бога - ведет борьбу с ветхозаветным Яхве. Борьба света и тьмы закончится полнейшим раскрепощением светлого начала и обособлением обоих царств. Альбигойцы Иисуса рассматривали, как одного из обыкновенных пророков, который умер на кресте ради принципа любви. Они не поклонялись Иисусу, как богу, и отказывались признавать святыней крест, как орудие казни.
Катары отрицали:
- крещение, производимое над младенцами, не имеющими разума, бесполезно. Оно никак не предохраняет человека от грядущих грехов.
- католические храмы. Молиться можно под открытым небом или в обычных домах и даже сараях.
- важнейшие церковные догматы и основные таинства
- поклонение святым
- индульгенции
Катары считали Папу наместником Сатаны, требовали отмены церковной десятины и упразднения землевладений клира. Катары делились на наставников - "совершенных" и просто верующих.
«Совершенные» выступали за строгое соблюдение обета целомудрия, обязывались не убивать, не лгать, воздерживаться от клятв. Они были вегетарианцами, но употребление в пищу рыбы разрешалось. И это было огромным контрастом с разнузданными нравами, страстью к обогащению, свойственными церковникам. "Совершенных" даже в период наибольшего влияния катаров насчитывалось не более 4 тыс. человек, но это были подлинные вожаки, фанатики. Рядовым катарам, "верующим", можно было пользоваться мирскими благами, иметь семью и сохранять собственность. Но "спастись", обрести царство небесное они могли лишь, перейдя в разряд "совершенных". Для этого над ними совершали обряд "утешения". В принципе, ничего нового: Каждый человек равная эманация Бога! (Ве Ша)
Альбигойские войны | Видимо, вопрос о тайных обрядах тамплиеров, на этом можно было бы закрыть, если бы ни одно странное обстоятельство: практически все версии, выдвинутые самыми разными исследователями, связывают храмовников с катарской (альбигойской) ересью. С начала XI в. весь Юг Франции или Лангедок охватило новое учение, которое проповедовали странники в простых черных одеждах, перепоясанных грубыми веревками. Последователи называли их «совершенными» или «катарами», что по-гречески означает «чистые». Еще их называли альбигойцами — поскольку одним из основных центров катаров стал город Альби. Мир, учили катары, является ареной борьбы двух непримиримых начал: Добра и Зла. Дух является творением Добра, а материя, осквернившая и сковавшая дух, создана Злом. Для того, чтобы победило Добро нужно преодолеть нечистую материю, отказаться от всего земного и суетного, стать бедным и целомудренным и таким образом воспринять идею Любви. Катары считали, что человеку для того, чтобы достичь совершенства, необходим личный опыт, непосредственное общение с Богом. Новое учение отбрасывало все церковную иерархию; его последователи называли папскую церковь, погрязшую в ереси и разврате, «слугой Дьявола». Все, что от нее исходит — лживо и пагубно, а ее таинства не имеют никакой ценности. Мирная проповедь «совершенных», которые отрицали всякое насилие и строго следовали заповеди «не убий», быстро завоевала сотни тысяч сторонников. Катарские храмы и соборы строились в Альби, Тулузе, Нарбонне, Каркассоне, Перпиньяне, Фуа, практически во всех городах и селах Лангедока. Сам граф Раймунд VI Тулузский, которого называли «королем Лангедока», поддержал новое учение. Катарский дуализм становился официальным вероучением Юга Франции, решительно вытесняя католическую церковь. Из Лангедока проповеди катаров распространялись в городах Шампани, Германии, Фландрии. Что мог противопоставить Рим набирающему силу учению? Папа Иннокентий III направил в Тулузу одного из самых фанатичных и красноречивых проповедников католической церкви — испанского монаха Доминика Гусмана. Но катары просто высмеяли театральные пафос и показной аскетизм мрачного фанатика. Люди уже не верили ни папе, ни его посланцам. — Во что бы то ни стало необходимо покончить с гнусной ересью, — твердили папа и его советники. — Надо огнем выжечь упрямых катаров! Союзником Рима в борьбе против «еретиков» выступил король Франции Филипп II Август, который давно мечтал прибрать к руках богатое и независимое Тулузское графство и присоединить Лангедок к королевским владениям. Хотя король был отлучен от церкви тем же Иннокентием III, однако папа нуждался во французской армии и Филипп Август тут же был объявлен «защитником христианской веры».
